Современные остапы бендеры работают под вывеской строителей храмов
«Предпочтение отдается верующим…»
Это объявление на столбе возле остановки "Стрелка" поневоле привлекало к себе внимание: "Срочно требуются рабочие для строительства православного храма. Предпочтение отдается верующим". И внизу - саратовский номер телефона, спросить Людмилу Васильевну.
"А вот возьму, и тоже устроюсь храм строить,- сказал мне вечером сын. - Что ты на это скажешь?"
На следующий день он позвонил по указанному номеру и узнал подробности. Оказалось, что какая-то крупная строительная фирма по всей стране набирает рабочих для строительства храма на территории православного мужского монастыря. Где-то в Зеленогорске, недалеко от Санкт-Петербурга. И сейчас на стройку срочно требуются рабочие всех специальностей, в том числе и разнорабочие. Условия предлагались вполне приличные: контракт минимум на три месяца, оплата - примерно десять тысяч рублей в месяц, за вычетом небольшой суммы за питание, десятичасовой рабочий день, трехразовое питание, общежитие, суббота и воскресенье - выходные дни, а также по большим православным прадникам.
По телефону сына спросили: "А вы, молодой человек, в Бога-то верите? Ну, тогда приходите. Главное, чтобы у вас был паспорт с пропиской, и семьсот рублей заплатить за аренду автобуса. Желательно взять с собой комплект постельного белья, и что-нибудь покушать в дороге - все-таки далеко ехать…
Но лично для меня как гром среди ясного неба прозвучало известие, что уезжать на стройку нужно уже… завтра. На сборы оставался всего один день.
"А что ты хочешь, мама? - уговаривал меня сын. - Так всегда бывает. Они сказали, что неизвестно, когда соберется вторая группа, а сейчас людей уже набрали. Может, я оттуда совсем другим человеком приеду? Сама же говоришь, что я - не подарок".
Отъезд был назначен на среду, 19 мая, в час дня. Сбор - в скверике возле памятника Первой учительнице, где строителей должен ждать арендованный автобус.
Долгие проводы
Утром сын попросил, чтобы я его ни в коем случае не провожала к автобусу, "не разводила сырость". Простились на пороге, договорившись, что после обеда мне позвонят его друзья, и все расскажут.
Ближе к вечеру действительно позвонил друг. Он рассказал, что автобус долго стоял, потому что ждали еще каких-то людей. Но сотрудник фирмы не терял напрасно времени и проводил с оъезжающими подробный инструктаж. Пояснил, что в монастыре нельзя распивать спиртные напитки, курить, и ругаться. Короткие перекуры для тех, кто пока не может расстаться с этой злостной привычкой - в строго установленном месте за территорией монастыря, примерно раз в два часа. Предупредил, что работать придется много, и на совесть, потому что сейчас нигде даром деньги не платят.
Впрочем, народ, завербовавшийся на стройку, трудной работы боялся меньше всего. В саратовской группе собрались и солидные мужчины, ближе к пятидесяти, и такие же молодые энтузиасты с горящими глазами, как мой сын.
У всех в группе было приподнятое, праздничное настроение. Редкая, как-никак, для нашего времени представилась возможность - и деньги приличные заработать, и хорошим делом заниматься, за которое потом краснеть не придется.
… А вечером в моей квартире раздался звонок из Волжского отделения милиции, и сообщили, что на самом деле никто никуда не уехал. Неизвестный аферист собрал с людей деньги, по семьсот рублей с каждого, и скрылся в неизвестном направлении, обманув и строителей, и водителя автобуса.
"Обычное кидалово, - лениво пояснил дежурный милиционер. - Сейчас на каждом шагу такое случается".
Игра на доверии
И все-таки в первый момент в голове не укладывалось: как же так? Ведь человек о вере спрашивал, рассказывал о монастырской жизни. Может, в милиции что-то перепутали? Да и деньги, если разобраться, для аферы не слишком большие. Если учесть, что в автобусе собралось человек пятнадцать-двадцать, он всего-то набрал десять тысяч с небольшим. Мелко как-то…
"А вдруг у него за углом еще такой же автобус стоял? А теперь он, наверняка, в другой город отправился. Курочка по зернышку клюет", - возразили мне в Волжском отделении милиции, где пострадавшие оставили заявления.
Аферист провел свой спектакль лихо: еще раз прошелся по автобусу, проверил у всех документы, собрал деньги, чтобы отдать водителю, и… куда-то отлучился на минутку.
Теперь, задним умом, конечно, начинают возникать разные вопросы и сомнения. Слишком уж условия хорошие были обещаны для монастырской жизни… Да и название монастыря организатор все время как-то слишком неразборчиво называл. Софрониевский? Антониевский?
Но ведь многим хочется верить, что где-то, пусть под Питером, началось основательное восстановление православных святынь, и нашлись люди, готовые это оплачивать. Чтобы всем миром, побыстрее… К тому же проходимец сказал, что его фирма по всей России монастыри и храмы восстанавливает, мол, без работы никто не останется.
"Приличный на вид мужчина среднего роста, с короткой стрижкой, в легком кашемировом пальто, с грамотной, хорошо поставленной речью", - пытался вспоминать сын.
Где сейчас бегает этот не имеющий особых примет мужичок? Может быть, в Балашове или Калининске? О чем думает? Наверное, радуется, что еще одно дельце успешно провернул, бедняга…