В Саратовском епархиальном обществе «Милосердие» более ста женщин день за днем несут свое добровольное и безвозмездное служение. Одно из направлений их деятельности — забота о детях-сиротах, которые в силу обстоятельств оказались в больничных палатах без маминой заботы и ласки. Мы поговорили с Натальей Коченковой, координатором детского направления сестричества, с сестрами и узнали, как устроено это удивительное служение, почему женщины приходят к чужим детям и что помогает им не выгорать.
«Бог услышал мои молитвы»
История служения сестер милосердия в детских больницах Саратова насчитывает более двадцати лет. А для самой Натальи Коченковой все началось с объявления в епархиальной газете «Православная вера», которое она случайно увидела, когда начала воцерковляться.
«Я тогда только начала осознанно ходить в храм, посещала Свято-Никольский монастырь. Увидела газеты, которые можно было взять, открыла — и мне попалось объявление. Тогда сестричеством руководила Галина Валентиновна Власова. Созвонилась с ней, она объяснила, что нужны помощники для служения детям в больницах», — вспоминает Наталья. — У меня не было своих детей, а желание заботиться о малышах было. Бог услышал мои молитвы и привел в сестричество».
Первое, пробное, дежурство в 3-й клинической больнице ей запомнилось навсегда: тогда в детском отделении сестры ухаживали сразу за несколькими детьми в палате, в том числе после челюстно-лицевых операций.
Позже, уже работая координатором, Наталья сделала для себя вывод: «Дежурства с детьми — это не увлечение, не хобби, это образ жизни. Без этого ты не можешь. Оно в приоритете и ты откладываешь личные дела и при необходимости отправляешься в больницу».
В три смены
Сегодня в детском направлении общества «Милосердие» занято около ста сестер. График дежурств плотный: первая смена длится с восьми утра до двух часов дня, вторая — с двух дня до восьми вечера, ночная — с восьми вечера до восьми утра. Дежурства организуются по запросу больниц.
«Мой контактный телефон есть у заведующих отделениями и директоров домов ребенка. Если поступает ребенок без сопровождения или родители по какой-то причине не могут быть рядом, звонят нам», — поясняет Наталья Коченкова.
Иногда помощь требуется в экстренных ситуациях. Наша собеседница вспоминает случай, когда в страшное ДТП попала семья из-под Екатеринбурга. Мама погибла сразу, папа в тяжелом состоянии попал во взрослую больницу и тоже скончался. «Трое детей остались одни. Мы дежурили с ними до приезда бабушки. Двое младших — 3 и 5 лет — были в одной палате, а 14-летняя Марина — в реанимации. Потом, когда бабушка приехала, мы остались с Мариной, а бабушка была с малышами. Так продолжалось полтора месяца».
Круг забот сестер широк: кормление, гигиенический уход, смена подгузников, прогулки, чтение книг, сопровождение на процедуры и обследования. Сестры не делают медицинские манипуляции — кормление через зонд, например, остается за медперсоналом.
Любить, но не жалеть
Одно из главных правил служения сестер милосердия — не привязывать ребенка к себе. Это кажется парадоксальным: как можно ухаживать с любовью и не допускать привязанности? Но за этим стоит глубокая мудрость.
«Для ребенка, когда он поступает в больницу один, смена обстановки уже сильный стресс. И если сестра его с рук не спускает, дает ему тактильные ощущения, ласку, которой ему так не хватает в обычной жизни в детском учреждении, он может очень сильно привязаться к ней. А когда ее дежурство закончится и она уйдет — для малыша это новый стресс», — объясняет Наталья.
Поэтому дежурные стараются соблюдать меру: дать ребенку тепло и заботу, но не создать болезненной зависимости. «Мы должны любить, но не жалеть. Детям нужна любовь — укрепляющая, позволяющая преодолеть трудности, а не жалость, которая делает человека слабее».
Этому правилу следуют и в общении с родителями тяжелобольных детей. Одна из мам, с которой сестры познакомились во время лечения дочки — девочки с тяжелой инвалидностью, до сих пор поддерживает связь с сестричеством. «Ей бывает очень тяжело. От таких детей часто отказываются, а она забрала девочку домой. Живут они в селе, близкие ее не понимают, говорят: "Зачем ты ее взяла? Оставила бы в роддоме. Это же тебя свяжет по рукам и ногам". А мы пытаемся ее поддержать, я ей прямо говорю: ты герой, ты сильная. Но внутренне понимаю: как же ей тяжело! Без веры вынести такое было бы практически невозможно. Эта мама до рождения дочки была невоцерковленной. Мы с ней много общались во время дежурств, говорили о смысле испытаний, батюшка к ней приходил, девочку в больнице покрестили. И она стала по-другому смотреть на жизнь. Произошло переосмысление».
Господь заповедал нам любовь, которая не ищет воздаяния и не ждет благодарности: Любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего... Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6, 35–36). Именно такая любовь — безвозмездная, не ищущая ответного чувства — лежит в основе служения сестер. И такой любовью проникаются те, с кем они ею делятся.
«Почему Бог допускает страдания детей?»
Этот вопрос рано или поздно встает перед каждым, кто сталкивается с тяжелобольными детьми. Наталья честно признаётся: он мучил и ее в первое время. Она много спрашивала об этом священников.
«Для себя я такой ответ нашла. Эти дети — как ангелы, они еще не успели нагрешить. Поэтому формула, что это им наказание за грехи, не подходит. Считаю, что для нас, благополучно живущих, это знак к покаянию. Через больных детей Бог пытается достучаться до наших холодных сердец, растопить их. Эти дети — маленькие мученики, но мученики за нас».
С этим пониманием сестрам легче принимать то, что им приходится видеть. В ожоговом центре они полтора месяца ухаживали за двухлетним Ванечкой. У него были сильные ожоги лица, головы, рук и ног. «Это зрелище не для слабонервных. Не все сестры смогли дежурить у его постели — кто-то после первого дежурства честно сказал: "Я не смогу больше туда ходить, сознание потеряю"», — вспоминает Наталья. Но те, кто остался, делали свое дело — без надрыва, с внутренней собранностью и молитвой.
«А сколько вам за это платят?»
Почти каждая сестра милосердия сталкивается с непониманием сторонних наблюдателей. Самый частый вопрос от мам в палатах: «Сколько вам за это платят?». Ответ вопрошающих обескураживает: «Нисколько. Мы ходим во славу Божию, для спасения своей души».
У одних после такого ответа округляются глаза, другие не понимают, третьи — раздражаются. Но большинство проникаются: «Ой, какие вы молодцы!» На что сестры обычно отвечают: «Вы тоже можете быть такими молодцами. Приходите к нам». Но далеко не все готовы взять на себя этот крест.
Есть сестры, которые дежурят по ночам, даже если днем работают. «С работы идут в больницу, с ночного дежурства — опять на работу. И Господь дает силы! У этих людей все очень осознанно и от сердца», — говорит координатор.
Церковная жизнь как опора
Для Натальи воцерковленность — не просто важное условие, а основа, без которой служение невозможно. «Без исповеди и причащения я бы не смогла. Наверное, как многие невоцерковленные, которые приходили и вскоре исчезали, я бы тоже ушла. Когда у тебя есть внутреннее сопротивление, недопонимание, усталость — идешь на исповедь, на Причастие — и все встает на свои места».
Это чувство разделяют все сестры, с которыми мы говорили. Исповедь, Причастие, совместная молитва — это не просто обряды, а мост, соединяющий человека с Богом. Называть себя верующим недостаточно. Таинства дают силы, когда собственных ресурсов уже не хватает.
«Иногда бывает так тяжело подготовиться к Причастию... Порой ломает так, что ничего не хочется, — делится Ксения Лихачева. — И именно в такие моменты помогает общая молитва».
Она вспоминает еженедельные акафисты в Крестовоздвиженском храме по средам. Эти совместные молитвы, обращенные к покровительнице общества милосердия — преподобномученице великой княгине Елисавете, дают ту самую дисциплину, которая удерживает от лени и эгоизма.
«У всех у нас работа, семьи, заботы. Найти время на дежурство — это каждый раз маленький подвиг. И без церковной дисциплины будет раздрай, — убеждена Ксения. — Нас будут одолевать страсти, лень, нежелание что-то делать. Мы все эгоисты. Но церковная жизнь хотя бы чуть-чуть помогает удерживать себя в правильном направлении».
Когда служение становится чудом
Иногда знакомство с сестрой милосердия в больнице меняет судьбу ребенка кардинально. Таких случаев в истории саратовского сестричества было несколько — когда сестры забирали детей, за которыми ухаживали, под опеку или на усыновление.
Самый свежий пример — история Натальи Б. Она пришла в сестричество, у нее не было своих детей, и женщина не скрывала, что хотела бы взять ребенка в семью. «Но я ей сразу сказала: "Пожалуйста, не ставь это основной задачей. Не факт, что получится. Мы же в основном дежурим с детьми, у которых серьезные проблемы по здоровью". И она это понимала», — рассказывает Наталья Коченкова.
Все изменилось, когда в больницу поступил мальчик из приюта. Папа погиб на СВО, мама — в местах лишения свободы. У ребенка были серьезные проблемы с кишечником и аппетитом, сильнейший стресс. Наталья дежурила с ним и поняла: «Ребенку нужен дом».
Она связалась с приютом, съездила, оформила документы. Мальчика выписали на Рождество, и он поехал в новую семью. «Это просто чудо, что у нее так получилось. Сейчас все сложнее с документами, сбором бумаг. Но она решилась — несмотря ни на что», — говорит координатор.
«Это не прихоть, а потребность»
Светлана Франциферова пришла в общество милосердия в 27 лет. Тогда она была прихожанкой Покровского храма Саратова и однажды, подойдя к своему духовнику, прямо сказала о своем желании — применить себя, свои руки, свое время для помощи ближним. Священник направил ее в сестричество, и началась история, которая длится уже больше десяти лет.
Но первый шаг оказался неожиданным. Вместо больничной палаты Светлану отправили в театр — в обществе милосердия была традиция ставить спектакли для детей из приютов на Пасху и Рождество. Светлана смутилась: ей хотелось делать серьезные добрые дела, а не играть на сцене. «Смирения ноль, надо со смирения начинать», — с улыбкой говорит она сейчас. Тогдашний духовник общества протоиерей Сергий Кляев благословил ее исполнить данное ей послушание, и она смирилась. Так театр стал ее входным билетом в мир милосердия.
Детей в больницах тогда было немного, но со временем их становилось все больше. Светлана начала дежурить, и вскоре стало понятно: сестер катастрофически не хватает. В то время их было около двадцати человек, а дежурить приходилось по два-три раза в неделю. Начали давать объявления в храмах, приглашать новых сестер. А в 2014 году старшая сестра общества Галина Власова сказала Светлане: «Мне нужен координатор». И Светлана согласилась.
Было непросто. Порой приходилось закрывать собой провалы в расписании, дежурить по три-четыре раза в неделю. Светлана лично проводила пробные дежурства для каждой новенькой, и постепенно сестер стало больше — более шестидесяти человек. «С Божией помощью хватало, ни больше, ни меньше», — говорит она с благодарностью.
Потом Светлана вышла замуж, родился ребенок. Какое-то время она еще пыталась совмещать координаторство с материнством, но когда малышу исполнился год, пришлось оставить дежурства. «Я, конечно, часто вспоминала с теплотой то время, — говорит она. — Но у меня свое служение было дома».
Прошли годы. Теперь у Светланы двое детей — старшему 8 лет, младшему 4. И однажды она поняла: время появилось, желание осталось. Муж удивляется: «Куда тебе? У тебя двое детей, работа». Но Светлана знает: это не прихоть, это потребность.
«Я уделяю время не только детям, которым нужна помощь. Я выделяю время себе, чтобы выразить, реализовать то, что есть у меня внутри. Это желание отдавать — не "хотелка", не каприз, а базовая потребность. Как дыхание. И если этой возможности — отдавать — нет, человек угасает, глаза перестают гореть. Бог дает силы. Чем больше ты вкладываешь, тем больше Он дает. И чем больше дает, тем больше хочется делиться», — говорит Светлана.
Первый визит в больницу после перерыва состоялся не на дежурство, а просто в гости. Светлана вошла в отделение и сразу почувствовала: она на своем месте. Мгновенно включился прошлый опыт. «Всё возвращается, если есть желание. Самое главное — не время, не возможность, а стремление», — убеждена она.
«Облегчить земной путь ангелам»
Марине Третьяк 53 года. По профессии она главный бухгалтер в коммерческой организации — работа, которая не знает выходных. Именно поэтому в обществе милосердия она выбрала ночные дежурства. Днем у нее просто нет времени.
Путь Марины к сестринскому служению начался с тяжелой утраты. Сначала ушла бабушка, а потом почти четыре года тяжело болела мама. Марина ухаживала за ней и чувствовала себя беспомощной. Когда мама умерла, в душе осталось ощущение, что она что-то не доделала, не додала, не успела сказать. Дети выросли, создали свои семьи. Наступила тишина, которую раньше заполняли школа, кружки, заботы. И в этой тишине Марина почувствовала: силы еще есть, и их нужно кому-то отдать. Тому, кто нуждается.
Первое дежурство Марина запомнила навсегда. Мальчик-инвалид, неконтактный, прикованный к постели. Она ухаживала за тяжелобольной мамой, но столкновение с детским страданием оказалось совсем иным. «У меня мама лежала, но я понимаю, что человек много лет жил, многое видел, — вспоминает она. — А тут — маленький, который ничего не видел». Эмоционально было очень тяжело. Но Марина не сбежала. Она осталась.
На вопрос, как Бог допускает страдания детей, Марина отвечает просто и мудро: «Если начинаешь думать, зачем, почему, за что — это приведет в тупик. Не все нам полезно знать. Здесь просто принимаешь это со смирением. Значит, вот такой земной путь у этого ребенка. А мы просто должны облегчить этот путь».
Сначала Марина дежурила только с детьми. Но детские дежурства бывают не так часто. Через два года она начала ходить и к взрослым пациентам. Сейчас у нее расписание: по воскресеньям — взрослые, а к детям — по мере необходимости. «Тяжело ли со взрослыми? — переспрашивает она. — Нет, наоборот. Выходишь — и такое светлое чувство». Чувство нужности — это то, что держит. Благодарность и пожелания здоровья от тех, кому она помогла, дают уверенность, что она на правильном пути. И нет у нее мыслей оставить это служение.
Марина Третьяк — одна из тех сестер, кто берет на себя самые неудобные смены. Когда город спит, больничные коридоры пустеют, в палатах остаются нуждающиеся в помощи люди. «Бог управляет и позволяет тебе делать такие вещи для спасения твоей души», — говорит Марина. Она не искала легких путей. Она пошла туда, где больно. И осталась — потому что поняла, что только так смогла утолить свою боль.
«Прикосновение дороже денег»
Ксении Лихачевой 39 лет. По профессии она юрист, работает начальником юридического отдела в федеральном учреждении культуры. Но уже десять лет ее жизнь делится на две половины: привычный офисный ритм и служение в обществе милосердия. Всё началось с рассказа одноклассницы, а затем — с внутренней потребности, которую Ксения не могла объяснить, но отчетливо чувствовала.
Первый шаг был сделан после встречи с тогдашним духовником сестричества протоиереем Сергием Кляевым. У Ксении не было своих детей, и она искренне переживала: как провести шесть часов с чужим больным ребенком? Что если появятся отторжение, брезгливость, раздражение от капризов? Но все страхи испарись, едва она увидела первую малышку, с которой ей предстояло дежурить. «Девчонка была такая подвижная, активная, игривая. Я пришла домой физически очень уставшая», — вспоминает она. Но вместо страха пришло понимание: это просто ребенок, которому нужны внимание и тепло.
За десять лет через руки Ксении прошли десятки детей. «Мы приходим отдавать свою энергию. Но за это время получаем от них духовную подпитку, — размышляет она. — Это спорный вопрос, кому больше нужны эти дежурства: им или нам самим, немощным и сетующим, что в жизни всё не так?» В больничных палатах она научилась по-новому смотреть на собственные неурядицы. То, что волновало до дежурства, после общения с этими детьми становилось мелочью.
Окружение реагировало по-разному. Мама поддерживала, покупала игрушки. Но были и другие голоса: «Зачем это тебе? Заняться нечем?» Даже муж относится к ее служению сдержанно нейтрально, считая, что помощь должна быть материальной. «Многие думают: если хочешь помочь — дай денег. Но когда ты видишь, насколько важно именно физическое участие — забота, слово, прикосновение, просто присутствие рядом, — начинаешь понимать, что это бывает ценнее любых материальных пожертвований».
У Ксении пока нет своих детей, но десять лет общения с «отказными» малышами сделали свое дело. Она признаётся: эти годы даны ей не случайно. Они подготовили ее к мысли, что если собственные дети не появятся к определенному возрасту, она может решиться на усыновление. «Кто-то наотрез говорит: "Чужие дети, чужая кровь — зачем это надо?". А служение научило меня именно любить. Принимать людей, которые на первый взгляд могут вызвать отторжение, и не осуждать их».
«Я боялась, но оказалось, что это не страшно»
В сестринском служении нечасто можно встретить молодых девушек, но Александра Клетнева в свои 25 лет успешно совмещает профессию мастера по наращиванию ресниц с нелегким послушанием сестры милосердия.
Александра не была крещена в детстве: в семье ей оставили право выбора. Поворотным моментом стала поездка в Дивеево. Именно там, по словам девушки, она «окончательно поняла, что пора». Александра выбрала православие — сердцем почувствовала близость именно этой традиции. Решение прийти в сестричество пришло внезапно и буднично: в социальной сети «Вконтакте» ей попался пост о наборе добровольцев для ухода за детьми в больницах.
Первый шаг она сделала, преодолевая страх. У нее не было опыта общения с детьми, особенно с младенцами. Сначала она просила ставить ее на дежурства с детками постарше — от трех лет. А когда впервые предстояло дежурить с грудничком, хотела отказаться. «Но мне сказали: "Не бойся, тебе всё покажут", — и правда, оказалось, что это совсем не страшно», — делится Саша.
Но порой сердце все же берет свое. Саша признаётся, что иногда после дежурства ей приходится какое-то время посидеть в одиночестве в машине, чтобы дать волю слезам. Самый яркий случай — девочка, которая была удивительно похожа на маму Александры в детстве и немного на нее саму. «Ей было три года, а мне 25. И ты понимаешь, что гипотетически это мог бы быть твой ребенок».
Саша ведет блог в соцсетях, и подписчики, особенно молодые девушки, иногда спрашивают, как попасть в сестричество. Александра — живой пример того, что милосердие не знает ни возраста, ни профессии, а начинается с простого желания помочь, которое преодолевает стеснение и боязнь нового.
***
Служение сестер милосердия — это не подвиг в привычном понимании. Это ежедневный, кропотливый труд, который не всегда заметен и почти никогда не оценивается по достоинству в миру. Но для самих сестер награда — в детских улыбках, в благодарных глазах родителей, в том тепле, которое они могут подарить тем, кому его так не хватает.
И, быть может, главное — в том, что через эту заботу они сами становятся ближе к Богу, исполняя главную заповедь о любви к ближнему. Именно такую любовь — деятельную, безвозмездную и не знающую границ — они и стараются взращивать и отдавать. Сам Спаситель сказал: Кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает (Мф. 18, 5). В каждом брошенном ребенке сестры встречают Самого Христа. И в этом — высший смысл и величайшая радость их служения.
За первое полугодие 2026 года сестры милосердия провели 88 суточных дежурств, ухаживая за девятью детьми. Это 264 смены, из них 80 — ночные. Всего в дежурствах за этот период приняла участие 71 сестра милосердия.
Желающие присоединиться к добровольческой деятельности сестер могут позвонить по телефону 8-917-218-38-83.