20 марта в Саратове впервые за богослужением было исполнено «Всенощное бдение» С.В. Рахманинова. «Это уникальное, знаковое событие»,— считают любители и знатоки церковной музыки. Что же это за произведение — рахманиновская «Всенощная», почему ее так редко можно услышать и насколько церковной можно считать традицию исполнения в храме авторских циклов?
«Золотой век» хорового искусства
У «Всенощной» — удивительная судьба. Это произведение, как принято считать, сугубо светского композитора вошло в историю духовной музыки, Православной Церкви, в историю России.
— «Всенощная» написана в разгар первой мировой войны, в 1915 году, как приношение русскому народу. Это одновременно и вершина русской церковной классической музыки, и ее «лебединая песнь»,— рассказывает Епископ Саратовский и Вольский Лонгин, с которым мы встретились, когда еще шли репетиции «Всенощной».— Рубеж XIX–ХХ веков – это «золотой период» русского искусства, и очень важно отметить, что в значительной своей части это искусство было церковным.
Почему же один из ярчайших композиторов того времени, Сергей Васильевич Рахманинов, обратился к церковному творчеству? Это обращение напрямую было связано с развитием так называемого «нового направления» в русской духовной музыке, или «Московской школы», к которой принадлежали такие мастера, как А.Т. Гречанинов, А.Д. Кастальский, П.Г. Чесноков, А.В. Никольский. По оценке критиков того времени, произведения Кастальского и Гречанинова сыграли по-настоящему революционную, в хорошем смысле этого слова, роль в развитии духовной музыки — такую же, как творчество М.И. Глинки в музыке классической, светской. Бурное развитие музыкального искусства того времени отличалось тем, что имело ярко выраженные национальные, глубоко русские корни. Представители «Московской школы» опирались на мелодику древних аутентичных церковных распевов и применяли к ним новые методы гармонизации — не европейские, как это было на протяжении всего XIX века, а собственные, основанные на национальном народном многоголосии.
В это же время московский Синодальный хор, с которым сотрудничали композиторы Московской школы, превращается в один из лучших коллективов Европы. Он не только образцово поет в храме за богослужением (и в каком храме — Успенском соборе московского Кремля, «доме Пресвятой Богородицы»!), но и дает пользующиеся огромным успехом концерты духовной музыки, и в России, и за рубежом: в Италии, Германии, Австрии.
В 1903 году А.Д Кастальский преподнес Рахманинову, молодому, но уже зрелому и весьма заметному композитору, издание своей «Панихиды» с такой надписью: «Глубокоуважаемому Сергею Васильевичу… в знак напоминания ему о том, что есть на белом свете область, где терпеливо, но настойчиво ждут вдохновений Рахманинова». Это был призыв попробовать свои силы в сфере духовной музыки. Еще будучи студентом Московской консерватории, Рахманинов написал для Синодального хора «духовный концерт» — «В молитвах неусыпающую Богородицу…». Это произведение до сегодняшнего дня остается в репертуаре церковных и светских хоров. В 1910 г. появляется еще одно духовное сочинение автора — «Литургия Иоанна Златоуста». Ее оценки были довольно противоречивыми: сочинение сочли «несколько светским», слишком субъективным для церковного жанра.
И вот — «Всенощное бдение». Оно было исполнено впервые 15 марта 1915 г. в зале Благородного собрания в Москве, а затем, в течение месяца, — еще четыре раза с оглушительным, без преувеличения, успехом. Певчий Синодального хора А.П. Смирнов вспоминал: «Несмотря на существовавшее правило, запрещавшее аплодисменты во время исполнения духовной музыки, слушатели после заключительного аккорда «Всенощной» начинали бурно аплодировать, и на опустевшую эстраду выходил один Рахманинов» [1]
Но впереди была революция…
Музыка-символ, музыка-событие
Это произведение не получило широкого распространения на клиросе. Одна из главных причин: оно было написано для Синодального хора — лучшего хора России.
— Это сверхсложная для исполнителей музыка, ведь при обычном партесном пении используются 3-4 голоса, а у Рахманинова в некоторых частях «Всенощной» — 6, 8, 12 голосов. Для исполнения этого произведения нужен большой и очень профессиональный хор. Но отдельные номера, наиболее доступные для хора, все-таки исполнялись, и сейчас исполняются в храмах, —рассказывает настоятель Свято-Троицкого собора Саратова игумен Пахомий (Брусков).
И все же с конца 1940-х годов, в течение почти 30 лет рахманиновское «Всенощное бдение» звучало в храме за богослужением — в храме в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радосте» на Большой Ордынке в Москве. Служба совершалась Великим постом один раз в год, в субботу, ближайшую ко дню кончины С.В. Рахманинова. Пел знаменитый хор под управлением Николая Матвеева — гораздо более скромный по своему составу, чем Синодальный, но так же — лучший церковный коллектив страны своего времени. Каждая «Всенощная» была настоящим событием для музыкальной Москвы.
1960-е годы в СССР были сложным и неоднозначным временем. С одной стороны, время «оттепели», в том числе, в отношении классической отечественной культуры; с другой — в стране начался очередной период гонений на Церковь, очень жестоких и изощренных.
Первым произведением духовной музыки, которое было записано в Советском Союзе на грампластинку, стала «Всенощная» Рахманинова. Ее исполнил великолепный коллектив — Государственный академический русский хор СССР под управлением А. Свешникова. Александр Васильевич более четверти века занимал пост ректора Московской государственной консерватории. В то время мало кто знал, что этот великий русский музыкант был в молодости церковным регентом: именно поэтому он прекрасно знал русскую церковно-певческую традицию.
Вот рассказы-свидетельства тех лет: «Эту пластинку невозможно было купить, потому что она продавалась только в валютных ″Березках″. На витринах можно было увидеть очень характерную, ее знали все любители музыки, обложку — с Ангелом Златые власы. Мне повезло, и я купил ее из-под полы рядом с музыкальным магазином»; «Счастливцами почитали себя те, кому все-таки удавалось раздобыть заветную пластинку»...
Для записи хор Свешникова разучивал «Всенощную» в течение нескольких лет.
— Существует очень много записей этого произведения, но запись Свешникова является эталоном: по характеру, манере, глубине исполнения. Вряд ли кто-то сможет ее превзойти,— считает регент хора Свято-Троицкого собора С.В. Хахалина, под руководством которой шла работа над «Всенощной» в Саратове. — Свешников воплотил в исполнении Всенощного бдения лучшие традиции русского пения, и мы опирались на звучание именно этого хора.
Саратов, 20 марта…
В нашем городе «Всенощную» исполнил сводный хор, в состав которого вошли лучшие певчие центральных храмов города: кафедрального Духосошественского,Серафимовского, Казанского, Покровского, Свято-Троицкого собора, а также певчие Архиерейского мужского хора (всего 85 человек).
Для любого профессионала приступить к воплощению этого произведения, как и любого музыкального шедевра,— и страшно, из-за его сложности, и невероятно интересно.
— С одной стороны, здесь все пронизано знаменными распевами. Но есть такие номера, как, например, «Величит душа моя Господа», где тема полностью авторская, в стиле протяжной русской народной песни, а припев — «Честнейшую херувим…» — взят из знаменного. И они настолько гармонично сочетаются, настолько здорово, что можно только восхищаться,— говорит Светлана Владимировна.
Кроме сложности партитуры, есть и еще одна причина, по которой рахманиновская «Всенощная» крайне редко звучит в храме. Церковное богослужение построено так, что неизменяемые песнопения (именно они составляют авторский цикл) чередуются с изменяемыми, обиходными. Многие специалисты считают, что некий диссонанс в этом сочетании неизбежен. По мнению регента, управлявшего сводным хором, этой опасности удалось избежать:
— Во время исполнения «Всенощной» в Покровском храме все изменяемые песнопения исполнил хор Саратовской православной духовной семинарии под управлением иерея Никиты Рогожина. И чувства диссонанса совершенно не было. Надо отдать должное регенту отцу Никите — настолько он проникся общим настроением, что в целом служба прошла очень органично и на хорошем уровне.
Приходилось также слышать вопросы: как прихожане храмов воспримут исполнение авторского произведения за богослужением, не отнесутся ли пришедшие к службе как к концерту? Наконец — «зачем все это»?
— Я думаю, что хорошая музыка — и знаменная, и византийская, и лучшие авторские образцы партесного пения — только помогает человеку возвыситься, преодолеть себя и расширить свой кругозор, в том числе и в церковном отношении,— считает игумен Пахомий.— Мне кажется гораздо более странным, когда в храме исполняются никуда не годные произведения, если они звучат нестройно, неправильно, заунывно. Необходимо уделять внимание церковному пению, развивать его. И сегодня у нас в епархии, благодаря деятельности нашего Владыки, идет развитие церковно-певческой традиции. Это очень важно. А знакомство с глубокой, величественной музыкой Рахманинова, думаю, будет радостью для очень многих людей.
В Саратове «Всенощное бдение» прозвучало впервые за богослужением, которое совершил Епископ Саратовский и Вольский Лонгин. По окончании службы он сердечно поблагодарил исполнителей и выразил надежду, что прекрасная музыка «Всенощной» доставила всем не только эстетическую, но и духовную радость:
— Церковь является не только хранительницей высокого искусства. Церковь — это место, где творится высокая отечественная культура, где она живет настоящей полнокровной жизнью, потому что все то лучшее, что есть в человеке, все свои таланты он приносит Богу.
[1] А.П. Смирнов. «Воспоминания о Рахманинове»