29 июня — день памяти святителя Феофана Затворника, перенесения его святых мощей (возвращения их) в Успенский Вышенский монастырь
Это было лет пять назад. Осенью прихожане нашего храма отправились в традиционное ежегодное паломничество на автобусе. Его завершением должно было стать посещение Вышенского монастыря — места подвигов святителя Феофана Затворника, о котором сам он говорил: «Вышу можно променять только на Царствие Небесное».
Но так получилось, что время не рассчитали, водитель заблудился… И к воротам монастыря мы подъехали, особо ни на что не рассчитывая, ближе к полуночи. Это было удивительно — но нас ждали и приняли очень тепло. Открыли Казанский собор, где находятся мощи святого. Мы помолились, приложились, спели тропарь.
Уже глубокой ночью вышли на соборную площадь, где монахини рассказали нам о жизни и восстановлении обители. И вот какая картина навсегда осталась в памяти: хотя никаких заборов, оград и тому подобного не было, очень ясно ощущалось — пространство монастыря резко разделено надвое, будто светом и тенью. С одной стороны — тепло монастырского храма, особая ухоженность — с любовью! — тех 2–3 зданий, где уже расположились сестры. С другой — запах нечистот и медикаментов, бродячие собаки, обвалившиеся строения, ветхое серое тряпье на веревках… Острое, до боли в сердце, ощущение заброшенности, никому не нужности, людского горя и беды.
— Здесь у нас с 1938 года и до сих пор располагается областная психиатрическая больница. Отношения у нас хорошие, сейчас для больницы строится в селе новый корпус, они и сами рады отсюда съехать,— спокойно рассказывала монахиня, ни на что не жалуясь.
Тогда в монастыре жили 10 сестер (и еще 20 насельниц — на подворье обители, в двух километрах от нее) — и более 400 пациентов «дома скорби»! Как было не вспомнить известное замечание старца Паисия Святогорца: там, где нет духовников, где иссякает духовная жизнь и стремление к ней, пустеют храмы и наполняются психиатрические лечебницы…
«У святителя Феофана все кристально чисто»
Когда в 1866 году 52‑летний епископ Владимирский Феофан просил Святейший Синод уволить его «на покой», он явно искал не отдыха, не безделья, не душевного и телесного покоя в нашем понимании этого слова. «Имею в мысли служить Церкви Божией, только иным образом служить»,— писал он. Святитель с тревогой видел в христианах «оскудение благочестивого духа» (что касалось как мирян, так и духовенства и монашества), и одновременно — распространение безбожия и сектантских лжеучений: «Слабеет вера. В иных местах, не шутя, берутся поджигать ее». Предвидел он и последствия этих процессов…
Его главной заботой было, чтобы абсолютно каждый христианин мог иметь в руках доступное (и по смыслу, и по цене) изложение православного вероучения. Духовно-литературные труды святителя в Выше были и внутренней потребностью его души, и исполнением долга, имели чисто практическую цель. «Учите в церкви немолчно об устроении спасения»,— призывал он пастырей.
Вклад святителя в богословскую науку огромен, его труды можно условно разделить на три категории: толкования на Священное Писание, переводы святоотеческих творений и собственные произведения с изложением основ христианской нравственности. И все же главную тему всех трудов святителя можно обозначить так — «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться» (так, кстати, называется одна из его самых известных книг). В них — полное святоотеческое учение о спасении души, изложенное святителем для самого широкого читателя. И в то же время — не упрощенное и не поврежденное благодаря тому, что сам автор вел святую жизнь, то есть исполнил на деле то, чему учит Евангелие. Вот, кстати, как писал о святителе одному из своих духовных чад известнейший духовник нашего времени, старец Псково-Печерского монастыря архимандрит Иоанн (Крестьянкин): «Вам на все Ваши недоумения, вопросы и заблуждения ответит и поведет по жизни истинный старец и православный архиерей — святой святитель Феофан, затворник Вышенский… У святителя Феофана все кристально чисто, и по любви сердечной к людям — чадам Божиим, и все истинно, свято и безукоризненно канонически. Он на данном этапе Вам поможет больше, чем ктолибо другой».
Смотрите за собой!
Основой христианской жизни должна стать память о Боге — так учат нас все святые отцы. Но вот как пишет об этом в своем письме святитель Феофан: «Взыщите Господа! Ищите лица Его выну (всегда.— Авт.)! Как человек человека видит лицом к лицу, так постарайтесь поставить душу пред Господом, чтоб были они с глазу на глаз. Быть сему так естественно, что и поминать бы о том не следовало. Ибо душа по природе к Господу должна стремиться… [но] Душа дура все ко Господу спиною оборачивается, то вертится пред Ним бесчинно, внимания на Него не обращая. Ведь это очень невежливо. Возьмите же в руки сию сударыню невежду и приучите ее законам вежливости, так вам известным».
Или вспомним наставления святителя о борьбе со страстями, которым подвержены все мы, без исключения. Разве не к нам обращены эти слова, разве они могут не задеть — и не помочь в деле исправления, если мы прислушаемся?
«Тщеславие, думаете, прошло. Нет, не прошло, а только спряталось на время. Не думайте так скоро отделаться от этой госпожи. Всюду за вами по пятам будет идти и жужжать в уши. Слушайтесь и назидайтесь».
«Сдается мне, что у вас поминутно происходят в душе суд и решение над другими. Присмотритесь хорошенько. Если это и не поминутно, а изредка, то и отсюда не малая беда. Из самомнения выходят две вещи: трубление пред собою и осуждение других. Вот злая тройка, которая мчит в пагубу. Надо распрячь и сбыть этих ярых коней. Тогда выйдет: тише едешь, дальше будешь. Смотрите, пожалуйста, получше за собою».
Язык святителя Феофана — необычайно простой и образный. Это та самая простота, которая является достоянием святых: необыкновенная ясность и единство ума и сердца, способность видеть глубину, суть вещей и явлений. Такая простота — дар Божий за чистую жизнь.
Святителю Феофану принадлежит очень меткое слово «самоцен». По его мнению, это коренной недуг человеческой души, причина всех внутренних неурядиц.
«…Избегайте коренной прелести («прелесть» — значит «обольщение».— Авт.), и прочие места не будут иметь. Коренная прелесть есть думать и еще хуже чувствовать, что я нечто, тогда как я ничто. Я называю это самоценом… Возымейте самоцен сей первым врагом своим»; «Не попускайте прокрасться к вам самоцену. Этот бес хитрее всех бесов и успевает пролезть в душу в самую незаметнейшую скважину. Засядет там и все сгубит. Да сохранит вас Господь!»
Все святые отцы предупреждают нас об опасности страстей, словесное обозначение которых начинается с «само»: самолюбия, самоугодия, саможаления. Но вот «авторское слово» святителя Феофана — «самоцен» — как-то по-особому запоминается, цепляет, заставляет насторожиться.
Святитель Феофан обладал исключительной способностью понимать людей, самых разных. Среди адресатов его писем — и настоятели монастырей, и деловые люди, и, как сказали бы сегодня, простые домохозяйки (сейчас, кстати, это слово приобрело несколько пренебрежительный оттенок, а святитель труды и заботы матери семейства ставил очень высоко). Приходилось встречать суждение, что у святителя Феофана особо развился талант христианского психолога благодаря его длительному уединению в затворе. В этом есть своя логика — уединение способствует сосредоточенности, а сосредоточенность помогает в любом деле. Но эта логика — земная. А есть еще небесная: священник, духовник хорошо понимает тех людей, за которых он молится.
Сам святитель Феофан жил Богом, жил молитвой. В своей келье он устроил небольшую церковь в честь Богоявления и служил в ней Божественную литургию, в последние 11 лет жизни — ежедневно. После его смерти в храме нашли списки имен множества людей, которых он поминал.
Он считал очень важным для христианина научиться молиться, неустанно напоминал об этом в своих письмах. Молитвенное правило рекомендовал читать неспешно, вдумываясь в каждое слово — тогда согреется сердце. И учил не только словом, но и делом. Есть очень трогательное свидетельство о том, как молодые послушники Вышенского монастыря, сняв обувь, на цыпочках пробирались в покои к владыке — только посмотреть, как он молится, как служит Литургию. Об этом рассказывал один из насельников монастыря того времени архимандрит Клавдиан (Моденов): «Тихо-тихо проберемся к дверям и с замиранием сердца несколько минут наслаждаемся лицезрением священнодействующего святителя, потом с той же бережной осторожностью, дабы не нарушить его молитвенного подъема, удалялись»…
***
…Когда несколько лет назад мы уезжали из полуразрушенной и поруганной Выши, у нас не оставалось ощущения безысходности. Наоборот, мы увозили с собой чувства благодарности к святителю Феофану и уважения к подвигу монахинь, которые восстанавливали этот монастырь. И внутреннюю убежденность — у них есть великий помощник и заступник, по его молитвам, с помощью Божией все устроится! И действительно: сегодня в Выше готовятся к 200-летию святителя Феофана (эта замечательная дата будет отмечаться 23 января 2015 года). Быстрыми темпами реставрируются монастырские храмы и корпуса. Воссоздано и открыто для посещения место подвига святого — домовый храм, комнаты, где он работал, читал, рукодельничал. Сбываются его слова: «Выша стоит, и ворота отворены. Когда ни благословит Господь посетить ее для богомолья, всегда найдете ее готовою принять вас — утешить и освежить».
Газета «Православная вера» №12 (512)