В Великую Субботу Страстной седмицы 2010 года в Свято-Троицком соборе Саратова состоялось крещение группы оглашенных. Таинство совершил Преосвященнейший Лонгин, Епископ Саратовский и Вольский.
Группа людей, принявших святое Крещение в этот день, была набрана задолго до этого события. Еще до начала Великого поста, примерно за месяц, в храмах города Саратова было помещено объявление с информацией о том, что отделом религиозного образования и катехизации будет проведен цикл огласительных бесед для уверовавших людей, намеревающихся принять святое крещение. Желающие нашлись очень быстро. К началу Великого поста была сформирована группа из двадцати человек. Были и еще желающие присоединиться к ней, но, учитывая размеры крещальни Свято-Троицкого собора (большее количество людей там просто бы не поместилось бы), мы были вынуждены им отказать, отправив их на приходы.
Состав набранной группы оказался весьма разнородным. В ней были люди разного возраста, с разным уровнем образования — высшим, средним. Были отличия и по социальному статусу: в группу вошли студенты, пенсионеры, школьник, рабочие, служащие, журналист. Все эти обстоятельства порождали ряд трудностей. Изначально, готовясь к циклу бесед, мы планировали провести их как некое подобие лекций определенной тематики. Но разнородность состава группы заставила искать другой подход. Мы связались с Синодальным отделом религиозного образования и катехизации для консультации. В отделе нам сказали, что при огромном количестве самых разных подходов к оглашению, которые распространились по Москве и другим крупным городам за последнее время, наиболее оптимальным, с их точки зрения, является цикл огласительных бесед, составленный ныне покойным священником Даниилом Сысоевым. В чем особенность его подхода? Оглашение построено как цикл живых бесед. Катехизатор старается выяснить, какого мнения по тому или иному вопросу придерживается человек. Если у оглашенного ложные представления, то священник старается их развеять, дав верное направление. То есть, получается, что оглашаемый сам, при помощи катехизатора, доходит до правильного понимания вероучительных истин. К тому же такой подход делает возможной работу с людьми разного образовательного уровня, собранными в одной группе. Но что еще важнее, живое общение помогает установить тесный личный контакт между оглашаемым и катехизатором, и это может служить верным средством для духовного взаимообогащения.
В ходе бесед нам стало ясно, что место для наших встреч — здание Епархиального управления — было выбрано неудачно. Мы убедились, что такую работу следует проводить только в храме, причем священники должны принимать самое деятельное участие в таких встречах. Если у священника нет возможности заниматься с группой постоянно, то хотя бы одну беседу ему провести необходимо. Целесообразным было бы посвятить такую встречу теме духовной жизни христианина, потому что оглашаемые – это, прежде всего, «готовящиеся к рождению» прихожане того храма, где будет совершено Таинство крещения. Если тот личный контакт, о котором я говорил выше, у оглашаемого установился в первую очередь с приходским священником, а не с катехизатором-мирянином, то это будет служить определенной гарантией всецелого вовлечения крещаемого в приходскую жизнь. Поэтому, на наш взгляд, в предкрещальном оглашении ключевую роль должен играть священник, а катехизатор – только вспомогательную.
Теперь несколько слов о самом способе совершения таинства Крещения. В последнее время распространенными стали два способа совершения Крещения групп оглашенных. Первый вариант – самостоятельная крещальная Литургия, где в тексты ектений включаются особые прошения, а к обычным молитвам литургии святителя Иоанна Златоуста добавляются молитвы из чинопоследования таинства Крещения. Такое объединенное чинопоследование Литургии с Крещением и Миропомазанием было разработано в девяностые годы XX столетия литургистами из Свято-Тихоновского православного гуманитарного университета. Оно опубликовано, и в некоторых епархиях Русской Православной Церкви употребляется на практике. Но возможность применения этого опыта имеет некоторые ограничения. Служение такой крещальной Литургии предполагает опущение других важных моментов недельного и годового богослужебного круга. То есть, совершая такую Литургию, мы опускаем молитвенное воспоминание чествуемых в этот день святых. Поскольку самыми удобными днями для крещения многочисленных групп являются воскресенья и дни церковных праздников, было бы совершенно неправильно лишать всю церковную общину возможности участвовать в праздничном богослужении, предлагая им вместо этого присутствие на чьем-то крещении. Таким образом, единственным местом, где может совершаться такая Литургия, остается только специальный крещальный храм, в крайнем случае, приходской храм, где нет ежедневого богослужения, а для совершения таинства Крещения выделен особый день недели — и всё. Для обычного приходского храма такая практика невозможна.
Гораздо большего внимания заслуживает практика древней Церкви. В те времена, когда существовал полноценный институт оглашенных, к восстановлению которого мы сегодня только приступаем, Крещение совершалось нечасто и не было частной требой. Периоды подготовки оглашенных были длительными, и в некоторых Поместных Церквах срок доходил до трех лет. Поэтому в практике древней Церкви были строго отведенные для совершения таинства дни. Отголоском этой древней практики являются сохранившиеся в нашем богослужебном уставе особенности, а именно — наличие в богослужебном календаре дней, когда пение Трисвятого заменяется на Елицы во Христа крестистеся. Собственно, Литургия, имеющая такую богослужебную особенность, и является крещальной по определению. Наиболее близким к нам по времени является обычай совершения группового крещения, закрепившийся в Уставе Великой Церкви. Им и было решено руководствоваться при крещении оглашенных из нашей группы.
В Великую Субботу Страстной седмицы, когда литургия предваряется Великой вечерней, во время чтения первой паремии Владыка и духовенство, назначенное помогать за Крещением, переоблачились в белое. Затем, выйдя Царскими вратами, после первой паремии, в предшествии ипподиаконов они совершили переход в крещальню Свято-Троицкого собора. Там уже ожидали оглашенные. (Предварительно, за неделю, в Вербное воскресение, в этом же соборе над ними было совершено богослужебное последование чина оглашения). Далее — начальный возглас и всё последование строго по тексту Требника, до момента пения Елицы во Христа крестистеся. Затем уже крещенные и миропомазанные в белых одеждах, с горящими свечами в руках, были выстроены в притворе храма. Здесь следует отметить, что протяженное по времени чтение паремий в древности имело чисто практическое значение, а именно: пока совершалось Крещение оглашенных, верные были заняты слушанием слова Божия. Поэтому, согласно Уставу Великой Церкви, если крещенные уже готовы к торжественному входу в храм, то паремии с восьмой по пятнадцатую могут быть опущены. При начале пения Елицы… крещенные были торжественно введены в храм и поставлены на специально приготовленном месте под левым клиросом, где они и находились в продолжение всей Литургии. После Причастия и слов поздравления от Владыки, специально назначенный священник увел крестившихся в крещальню, где над ними была совершена оставшаяся часть чинопоследования таинства Крещения (до отпуста по Требнику). В тот же день по окончании Крещения с новокрещенными была проведена напутственная беседа и им были вручены памятные подарки.
Наш отдел в течение всего прошедшего с того момента времени не оставлял без внимания крестившихся. Сотрудники отдела регулярно созваниваются с ними, интересуются тем, как складывается их церковная жизнь. Некоторые из них иногда сами заходят в отдел, рассказывают о своих проблемах и радостях. Судя по этой информации, большая часть из них регулярно участвует в церковных таинствах, постится, старается жить по заповедям.
К моменту крещения из двадцати человек в группе осталось семнадцать. Только три человека, посетив по две-три беседы, приняли решение отложить свое Крещение на некоторое время. Именно отложить, а не отказаться совсем. Хотя следует признаться, что у нас были определенные сомнения в серьезности намерений этих людей с первого момента знакомства с ними. Таким образом, их отказ можно считать даже своего рода успехом: раз решили отложить крещение, то, может быть, интуитивно почувствовали собственную неготовность к началу христианского служения. Надеемся, что в будущем они обязательно присоединятся к Церкви Христовой.
Вошедшие же в Церковь сами дали оценку нашей совместной с ними работе в беседе с корреспондентом газеты «Православная вера».
— То, что мы шли к этому не поодиночке, что нас готовили в группе — очень хорошо: чувство локтя помогает.
— В этой группе я открыла для себя очень многое, но больше всего меня поразило отношение к нам. Нас пестовали как детей. Я почувствовала благодать, я поняла, почему в Церкви принято целовать благословляющую руку священника. Огромное спасибо!
— Занятия в группе помогли избавиться от напряжения, от чувства тревоги перед входом в храм: «Я ничего там не понимаю, я сделаю что-нибудь неправильно». Я получал ответы на все мои вопросы. Если бы не группа — я, может быть, снова заметался бы и опять бы откладывал. А сразу после купели, когда мы в наших белых одеждах вошли в храм и встали перед иконостасом… Ощущение было — будто я нахожусь в другом измерении. Может быть, не в нашем времени, а в каких-то прошлых веках.
И в заключение выступления хотелось бы поделиться личными впечатлениями. В течение многих лет мне приходилось совершать таинство Крещения над людьми, не имеющими должной подготовки. Многие из них принимали Крещение, не осознавая его высоты и величия, не давая себе отчета в том, на какой путь должны встать те, кто именует себя христианами. Всё это оставляло в душе болезненные ощущения. Необходимость совершать Крещение на приходе казалась в какие-то моменты тяжелой обузой. В ходе работы с группой оглашенных чувства были совершенно иными. Опыт живого общения, возможность самому приоткрыть оглашаемым красоту православного вероучения, а затем видеть их радостные лица на Литургии, на которой причащался с ними от одной Чаши, дали внутреннее удовлетворение от проделанной работы. И смею заверить, что радость, которую испытывает священник от таких трудов, с избытком покрывает трудности, которые неизбежны в его служении.
Выступление на Епархиальном совещании
по вопросам катехизации и религиозного образования.
1 октября 2010 г.