В самом начале Литургии прихожане Свято-Троицкого кафедрального собора города Вольска замечают стоящих у алтаря слева от амвона монахинь. Для вольчан это дорогие гостьи: большой радостью стало для них возобновление монашеской жизни в вольской обители. Почти тринадцать лет верующие ежегодно устраивали крестный ход на окраину города — к разоренному в советские годы монастырю в честь Владимирской иконы Божией Матери. И вот, летом 2013 года сохранившиеся монастырские здания были возвращены Саратовской епархии, а 22 октября этого года случилось, наконец, радостное событие: в ответ на прошение Митрополита Лонгина Священный Синод постановил вновь открыть в Вольске женский монастырь.
В день торжественного открытия, 1 ноября, монашествующих в главном соборе Вольска особенно много. Одну из монахинь выводят в центр храма, она совершает три земных поклона на восток, трижды кланяется Митрополиту Саратовскому и Вольскому Лонгину — так начинается возведение монахини Макарии (Семеновой) в игумении.
— Боже, соблюди и паству словесную сию во еже не погибнути от нея ни единому овчати, — молится Архиерей о новой настоятельнице вольского Владимирского женского монастыря и его прихожанах. Как символ духовного пастырства, которое предстоит игумении, Митрополит Лонгин вручает матушке Макарии игуменский жезл. Похож он на пастушью палку. Владыка разъясняет, что игумен, как пастух, руководит паствой, чтобы однажды привести ее к тучным пажитям Царствия Небесного.
На служение в Вольск монахиня Макария была вызвана из Калужской епархии — Свято-Никольского Черноостровского монастыря города Малоярославец, который вырастил для Саратовской митрополии еще несколько игумений. Все они сейчас окружили новую настоятельницу, поздравляя ее по очереди и шепча ей что-то на ухо.
— Мы все начинали служение в большом СвятоНикольском монастыре, — рассказывает матушка. — Его настоятельница, игумения Николая, устроила в нем монастырскую жизнь по древнему уставу — эта традиция была прервана в России, но сохранилась на Афоне, в Греции. По мере возрастания мы по послушанию занимались восстановлением храмов, разрушенных монастырских зданий. Приехав в Вольск, я и еще одна сестра из Малоярославца продолжили делать то, на что нас с самого начала благословляла матушка настоятельница: читать монашеское правило, совершать послушания — хозяйственные, в трапезной, по храму, исполнять ежедневный богослужебный круг. Кажется, что ничего сложного, но труд в том и состоит, что изо дня в день нужно делать одно и то же, очищая душу от страстей. Монашество требует постоянного усердия, которое и привлекает благодать Божию — тогда все вокруг начинает расцветать.
С поздравлением к игумении Макарии обратился Митрополит Лонгин. Владыка пожелал матушке Божией помощи в ее нелегком труде, подчеркнув, что созидание монастыря, пожалуй, самое сложное дело в мире:
— Очень тяжело сегодня что-то строить, что-то восстанавливать, искать для этого средства — все это превышающий человеческие силы труд. Но все же он ничего не значит по сравнению с главным, ради чего существует монастырская обитель: созданием в ней общины верных, стремящихся ко спасению, отдавших Богу всю свою жизнь, все свои силы, знания, умения и стремления. Нужно, чтобы община эта стала не просто маленьким островком среди бушующего житейского моря, но чтобы она — по Евангельскому завету — светила всем в мире, исполняя слова Спасителя: Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрые дела, и прославят Отца вашего, Иже есть на небесех (Мф. 5, 16).
Из кафедрального собора все мы отправляемся во Владимирский монастырь. История его начинается в середине XIX века: тогда он был одним из крупнейших в Поволжье и множество инокинь населяло его. При обители находились больница и богадельня для престарелых. Судьба Владимирского монастыря сложилась трагично: большевики, ополчившись против Церкви, в первую очередь пытались уничтожить монашество. Чтобы сохранить жизнь в монастыре, совершать богослужения, монахини несколько лет трудились под видом сельскохозяйственной артели. К концу 20‑х годов обитель была окончательно разгромлена, а многие инокини арестованы и высланы в северные районы страны. Именно в память об этих репрессиях в 2000 году местные жители установили на монастырской территории Поклонный крест. К нему стремились они с молитвой о возрождении обители.
Матушка рассказывает, что с самых первых дней служения в Вольске она не была одинока, вольчане поддерживают ее и по сей день.
Подъезжаем к монастырю. В прошлом году здесь был заложен фундамент монастырского храма, а теперь уже возносятся к небу его стены. К богослужениям он пока не готов: еще нет крыши, не установлен купол, внутри — сети строительных лесов.
В ожидании торжественного молебна во временном храме, который расположился в обжитом монастырском корпусе, выстроились мужчины, женщины, бабушки, дедушки, дети — все по-домашнему, чтобы не запачкать пол, переобулись в тапочки, в легкую обувь.
Митрополит Лонгин призывает нас к усердной молитве. Архиерейский хор оглашает песнопениями небольшое помещение монастырского храма — начинается молебен перед Владимирской иконой Божией Матери.
В память о торжественном дне открытия монастыря Владыка передал в дар храму напрестольный крест и пожелал, чтобы Владимирский монастырь прославился прежде всего честной, подвижнической жизнью тех, кто здесь будет трудиться и молиться.
Перед тем как покинуть Вольск, прощаюсь с матушкой Макарией. Слова поздравления окрашены сочувствием: новый сан — это, конечно, радостное событие, но вместе с тем и тяжелая ноша.
— Игумения — та же послушница, — объясняет настоятельница. — Ведь смысл монашества — в уподоблении Господу, а это возможно только послушанием, отсечением собственной воли ради нашего Спасителя, ради молитвенного с Ним общения. Поэтому какая игумения послушница — такая она и игумения.
Фото Александра Курочкина
Газета «Православная вера» № 21 (545)