В жизни каждого верующего человека бывали моменты, которые он хранит в памяти как драгоценные воспоминания — о необычной встрече, о крутых поворотах судьбы, о милости Божией. И, конечно, таких случаев немало у священнослужителей. Мы попросили клириков Саратовской епархии поделиться с нашими читателями необычными историями из своей пастырской практики.
Уроки французского
Иерей Игорь Москвичёв, настоятель храма святителя Митрофана Воронежского г. Саратова:
— С детства у меня был интерес к иностранным языкам, да и сейчас он сохраняется. После семинарии, уже будучи священником, я занимался французским языком в культурном центре «Альянс-франсез. Саратов». Там удивились необычному студенту — священников им еще не приходилось обучать. Но завязалась дружба, и через несколько лет после обучения мне позвонила директор «Альянса» и сказала, что в Саратов приезжает француз из Нормандии, он очень интересуется русской культурой, православием и хочет креститься в России. Мне стало очень интересно. Встретившись с французом — его звали Юг — я спросил, читал ли он Библию. В ответ он извинился и сказал, что прочел не всю, но вполне ознакомился с Евангелием, несколькими посланиями апостола Павла и Апокалипсисом. Теперь уже смутился я, потому что гораздо чаще слышал от людей лишь «да, мы обязательно прочитаем…».
Крещение проходило в Свято-Троицком соборе Саратова. Из курса семинарии я знал некоторые молитвословия на французском, а то, что не знал, читал по обычному Требнику, давая французу соответствующие тексты на французском языке. Он был в полном восторге. Потом мы проехали с ним по городским храмам, а из Саратова он полетел в Сибирь, чтобы смотреть русскую зиму. Это было весной 2020 года. Сейчас Юг, который в крещении стал Николаем, переехал в Россию.
А спустя два года я познакомился с еще одним французом — Пьером, он из Биаритца — французского курортного города на берегу Атлантики. В Саратов он приезжал тоже в «Альянс-франсез» как преподаватель-носитель языка. И нас познакомила тоже директор центра. Она сказала, что Пьер интересуется архитектурой и хотел бы посмотреть саратовские храмы. В то время я учился в магистратуре на отделении романо-германских языков и переводоведения. Проведенные четыре часа с ним дали возможность попрактиковать язык и получить обратную связь — Пьер как преподаватель поправлял мои ошибки. К слову, с 2022 года во французском языке появилось слово «шаверма». Я спросил, пробовал ли ее Пьер. Выяснилось, что нет, и я угостил его. Перед отъездом домой он попросил помочь ему выбрать православный нательный крестик.
В свой следующий приезд в 2024 году Пьер сообщил, что хочет принять православие и креститься. Для него это было очень важным событием. Недавно, в конце октября, я крестил его в Свято-Троицком соборе. Пьер уже полтора года живет в Саратове, учится в университете и изучает русский язык.
В прошлом году на занятии по французскому преподаватель попросила рассказать интересную историю. Я рассказал про крещение одного француза и про подготовку крещения второго, на что она полушутя отреагировала: «Игорь, вы как апостол французов!».
Недавно мне позвонил третий француз с просьбой креститься…
Солнце над храмом
Иерей Артемий Мягченков, клирик соборного храма святителя Спиридона Тримифунтского г. Саратова:
— В этом году на Светлой седмице, когда после каждой Литургии совершается крестный ход вокруг храма, я стал свидетелем такого чуда: с самого утра шел дождь, я стоял на службе, молился и просил, чтобы не было дождя. Выходим из храма — вокруг тучи, а наш храм и прилегающая территория — все в солнечном свете. И мы спокойно прошли крестным ходом, без дождя.
12 октября на территории нашего храма был запланирован праздник, посвященный Покрову Божией Матери. За несколько дней до него смотрим прогноз погоды, а там все дни — сплошные дожди. Уже стали думать о том, чтобы отменять праздник… Начал молиться святителю Спиридону, просить Господа о том, чтобы мы смогли осуществить задуманное. Утром в воскресенье смотрю в окно — дождя нет, но пасмурно. Один мой знакомый говорит, что дождь всё же пойдет, а я ему отвечаю: «Вот увидишь, будет солнце». После Литургии выходим на площадку перед храмом — светит яркое солнышко. И на протяжении всего нашего праздника было солнечно, а потом… пошел дождь.
Вспоминается еще одна история, она произошла несколько лет назад, когда я служил диаконом в Серафимовском храме. Одна женщина пришла в храм и очень долго стояла у иконы Божией Матери «Умиление», плакала — наверное, часа полтора. Я так и не решился к ней подойти. А на следующий день она пришла радостная — оказалось, что у нее был какой-то серьезный диагноз, должна была быть операция, но всё отменили, потому что в сам день операции, когда она проходила еще одно обследование, проблема исчезла, и операция не понадобилась.
Вселенная просфорницы Натальи
Иерей Алексий Грачёв, благочинный СвятоТроицкого кафедрального собора г. Саратова:
— Каждый человек — это целая вселенная. Зачастую человеку легче любить человечество в целом, нежели отдельного человека — несовершенного, вредного, порою неприглядного. Но именно в этом и есть христианство — в уважении к личности, в восприятии каждого человека как неповторимой вселенной.
Недавно мне довелось причастить многолетнюю труженицу нашей просфорни Наталью Львовну. В предыдущий мой визит она была в тяжелом состоянии, уже не вставала с постели.
И как же я был удивлен и внутренне ликовал, когда в этот раз она встретила меня у порога! Лично для меня это большое утешение, что Господь не забывает Свою верную работницу — много лет Наталья Львовна своими руками лепила те самые просфоры, которые становятся на Литургии Телом Христовым.
Но еще больше и еще неожиданнее мы с ней сроднились, когда оказалось, что она, как и я, — почетный донор. В этом прослеживается сильная параллель: десятки лет она сдавала кровь, спасая жизни совершенно незнакомых людей, отдавая частицу своего здоровья от тела. А потом Господь привел ее послужить Ему, участвуя в приготовлении просфор для Евхаристии — таинства Тела и Крови Христовых.
Это и есть вселенная. В одной хрупкой, больной бабушке — целая жизнь, полная тихого, жертвенного служения. Сначала — кровь, дарованная незнакомцам. Потом — хлеб, приготовленный для таинства. Теперь — немощь и молитва.
И таких миров в наших храмах — тысячи. Каждая голова с сединой волос, каждая морщинка у глаз — это не просто следы возраста. Это шрамы от горя и следы радости, это русла высохших слез и улыбок, это уникальный, неповторимый путь, которым Бог ведет именно эту душу.