17 февраля 2012 года исполнилось 40 дней со дня кончины (9 января) Галины Владимировны Кедровой, вдовы уважаемого саратовского священника — митрофорного протоиерея Георгия Лысенко[1].
Она родилась 23 марта 1928 года и была последней из третьего поколения родных и двоюродных братьев и сестер семьи Кедровых. Родоначальником семьи был Григорий Акимович Кедров, чиновник-канцелярист духовной консистории; его жена Мария Александровна — сестра милосердия. Отец Галины Владимировны Владимир Григорьевич Кедров и его родной брат Вячеслав Григорьевич были саратовскими священниками, подвергались преследованию со стороны властей. Отец Вячеслав по ложному обвинению был расстрелян 14 ноября 1937 года. Мама Галины Владимировны Ольга Аркадьевна (в девичестве Авдеева) работала кассиром в аптеке. Вся семья жила в тяжелых условиях в подвальной квартире на ул. им. Некрасова.
Галина Владимировна, идя по стопам своей бабушки, получила среднее медицинское образование, окончив школу медицинских сестер. В 1948 году она работала в должности разъездной медсестры на станции Саратов-1 РУЖД, оказывая медицинскую помощь, доезжала до Урала. Затем она прошла специализацию по рентгенологии и с 1949 года многие годы работала лаборантом в рентгеновском кабинете противотуберкулезного диспансера Управления железной дороги станции Саратов-2. Ей неоднократно выражали благодарность за лучшие показатели в работе, награждалась она почетной грамотой.
Митрофорный протоиерей Лазарь Новокрещеных: «Многие годы меня связывала дружба с семьей о. Георгия Лысенко, и я часто бывал в их гостеприимном частном домике в Обуховском переулке, где царили любовь, согласие и порядок. И в этом большая заслуга хозяйки — Галины Владимировны. Она была всегда тактична, интеллигентна, приятна в общении, доброжелательна. Главным, что ее сразу выделяло, была глубокая, детской чистоты вера. Она часто бывала за богослужением в Троицком кафедральном соборе и, после вечерних служб, она нередко приглашала к себе в дом, чтобы мы могли все встретиться и пообщаться вместе с их семьей.
У нас с отцом Георгием было много общего, он был интересным собеседником и меня всегда привлекала его мудрость, светлый ум. Очень хорошо он формулировал свою мысль, произнося проповеди, которые одновременно были доступны для понимания, и содержали беспримесное учение Церкви, выраженное в изящной форме — его плавная речь напоминала плетение тонких кружев, своей красотой притягивающих слушателей.
В семье отца Георгия очень любили музыку, и я иногда привозил им из своих поездок пластинки с очень тогда редкими церковными песнопениями и мы вместе их слушали. Особенно он любил исполнение знаменитого болгарина Бориса Христова. Когда отец Георгий стал духовно окормлять колонию № 33, на первую встречу-знакомство с заключенными он принес магнитофон и поставил «Сказаниеодвенадцатиразбойниках». У безразлично настроенных уголовников неожиданно ожили глаза. Когда отец Георгий коснулся их сердец, они почувствовали, что они тоже люди и могут исправить свою жизнь, подобно этому разбойнику из старой баллады. И уже на следующей встрече началось доверительное общение со священником.
В особенно трудные годы, когда из-за давления Совета по делам религии отца Георгия лишили возможности служить в храме, Галина Владимировна, с терпением и христианским смирением хранила семейный очаг. А отец Георгий всегда на высоком уровне сохранял достоинство христианина — он никогда не падал духом, не сомневаясь, что вернется к служению у Престола Божия. Помню, мы вместе с отцом Георгием ездили слушать соловьев в лес. Он говорил, что, соприкасаясь с природой, он утверждается в величии благодати Божией.
Два их прекрасных сына получили высшее образование, и, пойдя по стопам матери, стали врачами. Сохраняя в памяти светлый образ Галины Владимировны, мне хочется выразить самые искренние соболезнования ее сыну Сергею Георгиевичу — память о ней сохранится в моем сердце и в моих недостойных молитвах».
Валентина Андреевна Будеркина, коллега: «Мы проработали вместе 12 лет 7 месяцев в Железнодорожном противотуберкулезном диспансере на Станционной улице, я была лаборантом и подрабатывала санитаркой. Работа ее состояла в снятии обзорных снимков, делала и томограммы легких. Она ни с кем не ругалась, по характеру была очень смирным человеком. Ей же доставалось от нашего рентгенолога — часто приходилось выслушивать попреки за ее происхождение, придирался к ее работе, обзывал — она страдала за своего отца и мужа — священников. Не раз так случалось, что он доводил ее до слез. Другие же сотрудники относились к ней хорошо. Она ушла на пенсию в 1973 году в возрасте 45 лет, в связи с вредностью работы. Общались мы и после, часто созванивались — сердечный она была человек».
Анастасия Георгиевна Земцова, друг семьи: «Я познакомилась с семьей отца Георгия в 1960 году, когда мой муж — профессиональный настройщик настраивал у них пианино. Потом мы дружили семьями. Она была очень отзывчивым человеком, всегда поможет и медицинским и житейским советом. Отец Георгий — человек большой нравственной силы и глубины, помню, когда он произносил проповедь, в полной церкви стояла тишина, все превращались в слух, ловя слова назидания».
Евгения Александровна Максимова, племянница Галины Владимировны, канд. мед. наук, ассистент кафедры СГМУ, пенсионер: «Воспитанная в семье диакона, а затем священника, Галина Владимировна была доброй, чуткой, отзывчивой, сочувствующей больным пациентам. Умная, красивая, отлично владеющая своей профессией, пользовалась глубоким уважением в своем рабочем коллективе. Галина Владимировна была любящей женой и матерью. Воспитала двух сыновей. Оба сына получили высшее медицинское образование. Ее муж Георгий Васильевич Лысенко был уважаемым саратовским священником. После свадьбы в 1953 году, он вошел в семью Кедровых бесконфликтно, своим человеком. Хорошо относился ко всем родственникам Кедровым. В семье Марии Ивановны Кедровой крестил на дому ее правнучку и праправнучку, когда их родителям нельзя было появляться в церкви, из-за опасности доноса на работу. Отец Георгий провожал в последний путь и отпевал М. И. Кедрову и ее дочь Нину Вячеславовну. Все это он делал бескорыстно».
Алексей Вячеславович Руфимский: «Я знал Галину Владимировну можно сказать с пеленок, поскольку задолго до моего рождения еще в 1953 году моих родителей познакомила с семьей Кедровых-Лысенко регент левого хора Троицкого кафедрального собора инокиня Параскева (Тарарашкина). Супруг Галины Владимировны отец Георгий стал моим крестным, а Таинство Крещения совершил еще один близкий друг наших семей протоиерей Игорь Мальцев. Вместе со всей семьей я всю жизнь духовно окормлялся у отца Георгия и знал их очень близко, дружил с детьми — Геннадием и Сергеем и живо интересовался преданием о церковной жизни потомственных саратовцев. Рождество Христово, Пасху и день Ангела отца Георгия мы неизменно праздновали вместе в доме, принадлежавшем матери Галины Владимировны Ольге Аркадьевне, которая была очень гостеприимна, вкусно готовила по старым рецептам, но при этом была очень разборчива в людях. Это качество жены священника передалось и тете Гале, как я ее обычно именовал.
Галина Владимировна в моей памяти останется образцом для подражания ее стоянию в вере. Почему так? К сожалению, сегодняшние христиане, которые пришли в Церковь после 1991 года, зачастую не могут представить, сколь приходилось трудно в советские времена их собратьям по духу и вере. О тех, кто оказывался под сенью Троицкого собора, моментально узнавали в тех организациях, где служили эти люди, при совершении церковных таинств записывали паспортные данные человека, которые обязаны были передаваться советским чиновникам. Рядом с собором часто можно было видеть милицейский «бобик», детей заходивших в притвор храма задерживали, сообщали в школу и уведомляли на работу родителей. Поэтому иной раз жители города Саратова, оказавшись возле собора, предпочитали переходить на другую сторону площади...
Только единицы, как в первые века христианства, могли открыто вслух сказать «и я христианин», поддерживая дух маловерных. Вот такой была и Галина Владимировна. Когда я приходил в храм сначала мальчиком, а потом юношей, я всегда видел элегантно одетую даму у иконы святителя Николая или у канона, где она обычно стояла. И даже этим она была образцом для подражания многим саратовцам-христианам, поскольку в те времена, заботясь о своем благополучии, даже некоторые жены и дети духовенства молились только на солее.
За несколько дней до ее кончины я пришел проститься к ней и, когда после я шел по заснеженным улицам города, перед моими глазами стояла не больная, старая, умирающая женщина, а все та же молодая, смеющаяся тетя Галя, которая была и останется для меня одним из тех людей, благодаря которым выстояла саратовская Церковь в XX веке».
Светлая память о ней останется в сердцах ее родных и близких друзей. Да дарует Господь новопреставленной рабе Божией Галине Царствие Небесное!
[1] Митрофорный протоиерей Георгий Лысенко родился 17 мая 1931 года в деревне Киево-Николаевка Екатериновского района Саратовской области в семье крестьян. Окончил Саратовскую духовную семинарию в 1953 году. Был настоятелем Покровского храма в г. Энгельсе и стал инициатором его расширения, что повлекло за собой репрессии со стороны властей. С августа 1974 по июнь 1978 года он находился за штатом. Проходил свое служение на приходах Саратова и Энгельса, заслужив уважение и любовь со стороны жителей обоих городов. Несколько раз был настоятелем Духосошественского собора. Удостоен ордена св. Владимира III степени. Скончался 20 сентября 2002 года.