01.08.2013
Здравствуйте. Меня волнуют следующие вопросы, касающиеся искусства. Неужели любое изображение обнаженного тела в искусстве однозначно недопустимо и греховно? Ведь оно далеко не всегда бывает непристойным. Зачастую оно призвано показать красоту человеческого тела как Божьего творения (например, античные скульпторы, Микеланжело). Как известно, художники эпохи Возрождения в основном писали для храмов, но не в иконописной манере. И вот это-то зачастую является основанием для нападок на их творчество, представления его как языческого и чуть ли не сатанинского. Почему? Да, «Иоанн Креститель» Леонардо да Винчи и в самом деле довольно похотлив, но ведь это лишь одно из произведений. Большинство ренессансных картин и скульптур - шедевры. Не иконы, но написаны (и изваяны) с Богом в душе. Художники выражали в своих произведениях наивысшие стремления. Неужели ренессансное искусство и в самом деле настолько греховно и несовместимо с христианством, как о том нередко говорят? Василий
Уважаемый Василий! Безусловно, красота человеческого тела — вещь, вполне достойная изображения средствами подлинного искусства. Но в то же время вопрос о греховности или негреховности таких изображений решается достаточно сложно, потому что, конечно, есть люди, которые смотрят на них бесстрастно, а есть те, на кого они производят иное воздействие.
Дело в том, что искусство Ренессанса, эпохи Возрождения — это искусство, которое поставило своей целью возродить эстетические принципы искусства античного ? чувственного, языческого по своей природе. Лично я люблю классическое искусство, мне трудно быть объективным. Но, тем не менее, есть такой факт: классическое искусство эпохи Возрождения перестает по своей сути быть христианским, и особенно неприятно, когда оно остается при этом в рамках христианских сюжетов. То, что Вы сами пишете о картине Леонардо Да Винчи «Святой Иоанн Креститель», можно сказать о многих скульптурах и картинах, которые совершенно не отвечают критериям христианского искусства.
Да, в произведениях эпохи Возрождения богато, пышно, ярко, очень детально, с большим мастерством изображаются не только формы человеческого тела, но и окружающий мир. Пейзажные и бытовые сцены зачастую выходят на передний план даже в евангельских сюжетах. Однако каждый непредвзятый человек видит, насколько эти богатство и пышность далеко отстоят от глубины и возвышенности искусства византийского или того же западноевропейского, но более раннего, Средних веков. Как ни хороши Рафаэль или Микеланджело, но все-таки, если сравнить их с мозаиками Равенны, или Константинополя, или иконами Синая ? совершенно очевидно, что это разные виды искусства.
Искусство христианское призвано изображать преображенную человеческую природу. Не буйство плоти в ее чувственных проявлениях, а именно природу преображенную, очищенную от страстей, возвышенную, направленную к Богу. Поэтому и росписи храмов, будь то на Западе, или в России в XVII–XIX веках, выполненные в реалистической, академической манере, тоже не могут считаться в полном смысле христианским искусством.
Классическое искусство, безусловно, интересно и значимо. Церковь не борется с ним и не отказывается от него: в наших храмах сохраняются те образцы классического искусства, которые в них присутствуют. Но мы не должны забывать и о том, что отход от каноничности в искусстве, от принципа изображения преображенной человеческой природы и замена ее природой чувственной — это начало конца искусства вообще, потому что без эпохи Возрождения не было бы Малевича и последовавшего за тем чудовищного развития постмодернизма. То, что мы видим сегодня и можем расценивать как самоуничтожение искусства, началось как раз тогда, когда оно отошло от своей главной церковной цели и потеряло связь с христианством.