Вопросы архиерею (архив)

На вопросы посетителей портала «Православие и современность» и Вольский Лонгин

Дело в том, что те Ваши знакомые, о которых Вы говорите, скорее всего — люди, которые, подобно Вам, сравнительно недавно пришли в Церковь. У них нет еще навыка церковной жизни, и самое главное — не сложилось, не возникло чувство любви к Церкви и церковному уставу.

Я вспоминаю в таких случаях тех верующих людей, которых я застал, придя в Церковь лет тридцать назад. Их жизнь очень просто и естественно была организована вокруг церковного календаря. У них не было вопросов, поститься ли им в среду и в пятницу, соблюдать ли Петровский и Успенский пост — для них это было само собой разумеющимся. Необходимость соблюдать все посты, установленные Церковью, они приняли вместе с верой. И порой у них тоже были вполне серьезные недуги, но они даже не допускали мысли о возможности нарушения поста. Нередко священникам приходилось даже умерять ревность таких прихожан и объяснять им, что мы постимся для того, чтобы покорить плоть духу, а не для того, чтобы умертвить ее.

Конечно, очень важно помнить о смысле этих постов. Мы соблюдаем пост в среду и в пятницу потому, что среда — это день предательства, а пятница — распятия Господа нашего Иисуса Христа. Воздерживаясь в эти дни от вкушения скоромной пищи, мы должны не просто вырабатывать в себе некий автоматический навык, а стараться всегда помнить о том, ради Кого мы это делаем, и о тех событиях, в воспоминание которых мы в эти дни постимся. Можно сказать, что пост среды и пятницы помогает человеку обычными земными средствами сделать свою жизнь христоцентричной. В центре нашей жизни должен быть Христос, и постоянное памятование о том, что именно нас ради человек и нашего ради спасения [1] Господь принял крестную смерть, дает нам возможность оставаться христианами всегда.

Посты перед праздниками Рождества Христова, Успения Божией Матери, днем памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла — это древнее церковное установление, с помощью которого мы приуготовляем себя к этим праздникам. Если говорить о Петровском посте, то пытаемся отчасти, хотя бы в незначительной степени, разделить тот подвиг, который подняли апостолы — подвиг проповеди слова Божия. Перед Успением — стараемся подражать Божией Матери, которая усиленно молилась и постилась перед своим отшествием ко Господу.

Конечно же, пост — это не единственное, чем мы должны почтить праздник: необходимы и усиленная молитва, и повышенное внимание к себе, своим поступкам, и добрые дела, и воздержание от всего злого. И пост в данном случае — хорошее вспомогательное средство ко всему этому. Говорят, что «сытое брюхо к учению глухо» — но мы знаем, что глуховато оно еще и к молитве.

Когда человек не соблюдает посты, это, конечно, плохо, хотя бы потому, что он не подчиняется церковному уставу. Но когда человек соблюдает пост только как ограничение в пище и дальше этого в своих усилиях не простирается — это тоже плохо, потому что, повторю, пост — не самоцель. Пост — это лишь средство для приобретения определенных навыков в духовной жизни, которую мы стремимся проводить ради Бога, пытаясь следовать за Ним — путем исполнения Его заповедей и очищения своей души от страстей.

Что касается устава о посте — это вопрос, который Поместные Православные Церкви давно собираются совместно обсудить на одном из своих соборных совещаний. Дело в том, что наш устав создан в древних, чрезвычайно строгой жизни монастырях Палестины, Египта, Азии, когда иными были и люди, и условия их жизни. Мало кто из современных людей может выдержать в точности положения устава, например, о сухоядении, а если и выдержит, то очень недолго — и не только по причине всеобщей изнеженности. Ведь аскеза полуторатысячелетней давности, которая сегодня кажется нам неподъемной, на самом деле не очень-то отличалась от повседневной жизни большинства простых людей, жителей Египта и Палестины; они тогда довольствовались самой простой и скудной пищей. Сегодня, когда люди питаются гораздо лучше, им намного труднее привыкнуть к воздержанию, поэтому те или иные послабления в посте постоянно встречаются в нашей жизни. И вот именно для того, чтобы ввести эти послабления в какие-то рамки, определить их допустимость в конкретных случаях, необходимо, конечно, общецерковное обсуждение этих вопросов.

Мерой поста для большинства наших современников, наверное, действительно является пища с маслом — за исключением, может быть, первой и последней недель Великого поста, когда пост должен быть более строгим. При этом надо помнить, что грань между саможалением и разумным послаблением можно провести только с помощью собственной совести. Там, где мы ослабляем пост из-за каких-то хронических заболеваний для того, чтобы иметь силы трудиться, служить Богу и ближним — это одно дело. Там, где нам просто хочется съесть что-нибудь просто потому, что хочется, и мы идем на это, прибегая к помощи «серьезных» оправданий,— это, конечно, уже саможаление. Как уже неоднократно приходилось говорить, очень важно человеку иметь опытного духовника, который сможет помочь ему установить меру не только в отношении поста, но и всей его духовной жизни.

[1] Символ веры